Лаберж. Осознанное сновидение. страница 15

 

мы действительно спим, и побудить к психологическому экспериментированию». Дальше Майерс приводит собственный «любопытный сон», надеясь, что «его банальность в чем-то, возможно, отведет подозрения в преувеличении»:
Казалось, что я стою в собственном кабинете, однако обстановка была лишена обычной отчетливости — все вокруг было неясным и словно бы ускользало от прямого взгляда. Меня осенило, что причиной этого могло быть то, что я вижу сон. Это открытие обрадовало меня, предоставив возможность для экспериментирования. Я предпринимал усилия, пытаясь сохранять спокойствие и боясь пробуждения. Больше всего мне хотелось увидеться и поговорить с кем-нибудь, сравнить его с реальным человеком и понаблюдать за поведением. Я вспомнил, что моя жена и дети в это время отсутствовали (это было действительно так) и не сообразил, что реальное отсутствие не может помешать им появиться в сновидении.
Поэтому я решил встретиться с кем-то из слуг, но боялся позвонить в звонок, чтобы не проснуться от шока. Сначала я хотел направиться в рабочую комнату, но потом сообразил, что скорее всего смогу увидеть кого-нибудь в кладовой или в кухне, и осторожно спустился по лестнице. Спускаясь, я внимательно осматривал ковровую дорожку, пытаясь сравнить свое зрение во сне и наяву. Я обнаружил, что сновидный ковер отличался от реального: это была тонкая истертая дорожка, обобщающая, по-видимому, смутные воспоминания о домиках на морском берегу. Добравшись до двери кладовой, я остановился и снова заставил себя успокоиться. Тут открылась дверь и появился слуга. Он не был похож ни на кого из тех, кто служил в моем доме. Вот и все, что я могу рассказать, так как возбуждение, последовавшее за пониманием, что мое сознание создало новый персонаж, сразу заставило меня пробудиться. Сновидение со всей яркостью стояло у меня перед глазами, оно вызвало огромный интерес и глубоко отпечаталось в сознании. Беру на себя смелость сказать, что и до сих пор помню все в точности так, как описано мною.(11)
Перед тем как оставить XIX век, приведем ряд коротких высказываний, способных дополнить описание ситуации, в ко торой в то время находилось осознанное сновидение. Все эти высказывания — это просто свидетельства «за» или «против» существования осознанных сновидений. В то время, как, впрочем, и всегда, существовали люди, рассматривавшие способность пробуждения во сне как невообразимую химеру. Среди таких скептиков наиболее знаменитыми были французский психолог Альфред Маури и английский психолог Хейвлок Эллис. Несмотря на то, что Маури считается пионером научных исследований сна, он, по-видимому, не был лично знаком с феноменом осознанных сновидений. Поэтому очень часто цитируется его мнение, что «такие сновидения не могут являться сновидениями». Эллис, известный даже больше, чем Маури, заявлял о своем недоверии к осознанным сновидениям: «Я не верю в то, что такие вещи возможны, хотя о них и свидетельствуют множество философов, начиная от Аристотеля».
Ни один из этих психологов никогда больше ни словом не обмолвился о явлении, которое они считали лишь занятной диковинкой. С другой стороны, Эрнст Мах из Венского университета подкреплял свое мнение о том, что он называл проявлением инертности внимания в сновидении, следующим высказыванием: «Иногда интеллект спит лишь отчасти... в состоянии сна мы можем реагировать на сновидения, опознавать их по необычности происходящих событий, по немедленно снова успокаиваемся». В этой же заметке прославленный психолог продемонстрировал свое личное знакомство с

 

 


2014 - 2020  ©WEB-ASTRAL